понуканиях. Тверен внезапно перехватил у него контроль над уже расползающимися чарами Земных Пут, накачивая их Силой и придавая сотворенным щупальцам какие-то дополнительные свойства. Минош только и успел распознать что-то из арсенала Бестелесных – даже блокада выхода в Астрал Наставнику не помешала призвать магию духов – да ощутить жар огненных плетений. Затем последовал приказ заняться Молотобойцами, и ему стало не до наблюдений.
Несколько минут Минош вместе с тремя варреками целиком сосредоточился на уничтожении прущих в рукопашную немертвых. Все четыре Стихии, густо замешенные на Крови и Тьме, обрушились на неутомимых воинов врага, так что даже их стойкие к воздействию чар физические и тонкие тела не выдержали. Один за другим Кровавые Молотобойцы сначала теряли связь с поддерживающей их магией Крови, затем замедлялись, слабели, пока наконец не разваливались на куски под градом молний, Стрел Эльронда и клинками мечей.
Когда же Минош, почти полностью выложившись, смог снова оглядеться, то ситуация на поле битвы была уже совершенно иная. Бег’хеме’оот, так и не освободившийся из Пут, теперь вдобавок ко всему еще и сражался с какими-то химерами. Похожими одновременно и на скортов, и на рольтов, и чем-то даже на мархузов уродами, весьма успешно наскакивающими на громадину бег’хеме’оот и вырывающими из его бронированного тела куски плоти.
То, что без Погонщика Зверей тут не обошлось, Миношу сразу стало понятно, но откуда тот их взял?!
Ответ нашелся быстро. Отшельник с искаженным от напряжения лицом взмахнул руками, и из открывшегося за спиной бег’хеме’оот провала вывалилась очередная химера. Оставалось только удивляться мощи Нараккета, способного на подобное, невзирая ни на какие барьеры и ограничения.
– Чего встали? Бейте эту отрыжку Бездны в голову! – разнесся над полем битвы искаженный от напряжения голос Тверена.
Несмотря на необходимость сдерживать проклятого монстра, который все еще не оставил попытки вырваться из плена плетения, Наставник первым показал пример и швырнул в горло бег’хеме’оот разрывающие астральные связи плетение. Одновременно с этим единственный не участвовавший в общей свалке варрек активировал заранее врученный ему артефактный посох и направил бьющий из него Луч Силы аккурат на канал связи между монстром и Источником.
Сейчас был переломный момент схватки, каждая капля задействованной Силы могла склонить чашу весов на ту или иную сторону. И Минош, насилуя измученное нагрузкой тело, досуха выжимая собственный Дар, принялся бить бег’хеме’оот Водными Стрелами…
Впервые за весь бой бег’хеме’оот издал чудовищный рев, бросивший многих эльфов на колени, но ни на пядь не убавивший их решимости драться. К заклятиям, нацеленным в нежить, добавились стрелы егерей.
Однако для победы этого было мало. Пусть от туши ежесекундно летели ошметки плоти, аура колебалась под градом чар, норовя вот-вот разорваться, а уродливая голова давно уже превратилась в месиво, но бег’хеме’оот все равно не желал подыхать и даже не прекращал попыток освободиться.
Гадина была слишком сильна!
И тут Нараккет совершил нечто поистине немыслимое. Без каких-либо объяснений он вдруг шагнул к стоящему перед ним эльфу, схватил сзади за шею и после короткой скороговорки заклинания вонзил в спину похожий на шип нож. Никто даже ахнуть не успел, как выброшенная в миг смерти жизненная сила Перворожденного сначала стремительно втянулась в клинок, а затем наполнила сморщившуюся ауру отшельника океаном энергии.
Дико захохотав, Нараккет пинком отшвырнул высохшее тело своей жертвы и одним взмахом руки натравил на бег’хеме’оот еще десяток появившихся из ниоткуда монстров. На этот раз чем-то похожих на Гончих Тлантоса. И вот это-то подкрепление стало решающим. Новые химеры вынудили монстра сначала завалиться на спину, а затем вгрызлись в открывшееся подбрюшье. Каждый их рывок, каждое движение, каждый укус делали бег’хеме’оот все слабее и слабее, пока наконец серая аура нежити не пошла цветным пятнами и не распалась на истаивающие в воздухе лохмотья.
Тварь была повержена.
– Чего замерли?! А ну живо к святилищу! – едва ли не впервые за все сражение подал голос Нараккет.
После принесения в жертву Бессмертного проклятого отшельника шатало словно пьяного, но глаза смотрели по-прежнему ясно и четко. И можно было не сомневаться: если вдруг кто-то осмелится не исполнить его приказ или же задать ненужные вопросы, расплата будет немедленной и неотвратимой.
Минош выдохнул сквозь сжатые зубы и, стараясь не смотреть в сторону Нараккета, двинулся к зданию. Да, гибель бег’хеме’оот еще ничего не решала. Впереди их ждал долгий и выматывающий ритуал сначала по очистке, а затем по закрытию Источника, и отвлекаться на внутренние разногласия было откровенно некогда.
Но, Тьма подери, Нараккет убил не просто Перворожденного, а своего сородича! Предательски, ударом в спину! И пусть это решило исход битвы, но… проклятье!! Как он посмел?! Любому другому такое решение гарантированно грозило королевским судом, вот только что-то Миношу подсказывало: отшельника подобная перспектива совсем не страшила.
Дерьмо тарка, ведь чувствовал, что не надо было нарушать уединение этого безумца. Ведь чувствовал… а то ли еще будет!
* * *
Прибытие в порт Семи Башен старенького когга под флагом Поднебесной прошло незамеченным. Корабли из страны Хань прибывали в Нолд не то чтобы очень часто, но и редкими гостями не считались. Торговцы как торговцы – в меру жадные, в меру вороватые. Ничего особенного. Пока платят таможенные сборы и не пытаются ввезти на остров запрещенные товары, ни Наказующим, ни налоговым службам не было до них никакого дела.
Едва сходни упали на камень пристани, как по ним на борт тут же взбежал молодой таможенник в сопровождении пары скучающих стражей. Начался рутинный осмотр трюмов, опись товаров и регистрация пассажиров… точнее, пассажира. Агрессивная антинолдская пропаганда, развязанная бывшими союзниками островитян по Объединенному Протекторату, докатилась и до ханьцев. И тоненький ручеек желающих побродить по дорогам Нолда почти полностью обмелел.
– Цель посещения? – с любопытством поглядывая на жителя Поднебесной, спросил таможенник. – Имя? Род занятий?
Иноземный гость пожал плечами.
– Цель? Тяга к перемене мест и желание найти новые возможности для открытия своего дела, – сказал он твердо и доверительно подмигнул. – Если Небеса будут ко мне благосклонны, я обязательно преуспею!.. Зовут же Сяо Ган, вольный работник.
Таможенник скривился и кисло посмотрел на ханьца. Сколько он уже таких видел… целеустремленных, да… И сколько из них реально чего-то добились?!
– Тогда добро пожаловать в благословенную богами республику Нолд! – провозгласил он пафосно и с хищной усмешкой добавил: – Чувствуйте себя как дома, но и про обратную дорогу тоже не забывайте!
Ханец на это лишь с поклоном принял протянутую разрешительную бумагу, аккуратно спрятал за пазуху и, подхватив с палубы баул с вещами, заторопился прочь. Сегодня его ждало немало
